Экономика Ирана рушится под давлением жёстких санкций США. Исламскую республику ждёт народное восстание

До введения новых американских санкций против Ирана остаются считанные дни. С 4 ноября будут повторно введены санкции США против энергетического сектора и Центрального банка исламской республики. Цель Вашингтона — свести на нет нефтяные доходы Тегерана. Недовольный политикой Ирана Вашингтон обещает оказать на Тегеран беспрецедентное экономическое давление. При этом США не только возобновляют антииранские санкции, снятые после заключения «ядерной сделки» (Совместный всеобъемлющий план действий (СВПД), заключённый  в июле 2015 года между Тегераном и «Группой шести» (Россия, Германия, Франция, Китай, США и Великобритания)), но максимально ужесточить их.

Напомню, ограничительные меры против Ирана восстанавливаются в два этапа. Первая порция санкций — санкции против иранского автомобильного сектора и торговли золотом и другими драгоценными металлами с Ираном уже возобновились в начале августа этого года.

После того, как президент США Дональд Трамп 8 мая этого года объявил об одностороннем выходе США из ядерного соглашения с Ираном, началась стремительная девальвация иранской национальной валюты риал. Это вызвало резкий рост цен и обострило социально-экономический кризис в стране. В результате недовольные экономической политикой правительства Ирана люди выходят на массовые акции протеста и многие города страны превратились в арену для массовых беспорядков, участились случаи столкновения протестующих с полицией. С каждым днём исламскому режиму становится всё труднее удержать власть. Репрессивный аппарат Ирана уже не способен жёсткими мерами «успокоить» народ, так как сегодня у многих иранцев страх массового голода и экономического коллапса гораздо сильнее страха массовых репрессий.

Судя по темпу и масштабам ухудшения социально-экономической ситуации в Иране, уже в декабре-январе могут возобновиться массовые антиправительственные выступления. В марте-апреле будущего года Иран ждут самые массовые антиправительственные выступления, которые, скорее, закончатся со свержением исламского режима. С «помощью» американцев сегодня кровавая «цветная революция» настойчиво и громко стучит в дверь Ирана.

Пик социально-экономического кризиса и массовых антиправительственных выступлений в Иране наступит в марте-апреле будущего года, когда накануне и в период празднования национального праздника «Новруз» практически все виды продовольственных товаров резко подорожают. Нынешняя критическая экономическая ситуация в стране предсказывает, что предстоящий «Новруз» для правящего исламского режима может стать «чёрным праздником», так как он может спровоцировать не только резкий рост цен на продовольственные товары, но и новых, более массовых, антиправительственных выступлений, подавить которых практически будет невозможно.

Хотя ещё три года назад, летом 2015 года, казалось, что масштабные экономические проблемы для Ирана уже позади. В рамках ядерного соглашения — СВПД, заключённого в июле 2015 года между Тегераном и «Группой шести» (Россия, Германия, Франция, Китай, США и Великобритания), Иран обязался ограничить свою ядерную программу в обмен на снятие международных санкций, введённых против него Советом Безопасности ООН, США и Евросоюзом. Но после выхода США из «ядерной сделки» всё резко изменилось к худшему.

Это при том, что экономическое положение Ирана из-за его активного участия в очень затратных войнах в Сирии и Йемене даже без возобновления американских санкций было критическое. Многотысячные акции протеста в разных городах Ирана начались ещё в конце декабря прошлого года, то есть за пять месяцев до объявления в мае этого года президентом Трампом о выходе США из «ядерной сделки» с Тегераном. Эти акции протеста были связаны с резким ухудшением экономической ситуации в стране. Поэтому выход США из «ядерной сделки» с Тегераном и возобновление американских санкций против Ирана ещё больше усугубило социально-экономический и финансовый кризис в стране.

Возобновление американских санкций привело к процветанию чёрных валютных рынков в Иране. В начале сентября на чёрных рынках страны за один доллар США давали даже 190 тысяч риалов против 37 тысяч риалов в сентябре 2017 года. Резкое падание курса национальной валюты привело к гиперинфляции в Иране. Правительство Ирана пытается всячески поддержать риал и ограничить незаконную торговлю иностранной валютой, но победить чёрные рынки не удаётся.

Между тем антиправительственные выступления в Иране, вызванные изначально ухудшением экономической ситуации, постепенно превращаются в политические. Тегерану всё сложнее использовать антиамериканскую риторику, чтобы объяснить тяжёлую экономическую ситуации в стране. В связи с этим над президентом Ирана Хасаном Роухани нависла угроза импичмента, идея которого продвигается консервативным крылом политического истеблишмента страны. Иранские консерваторы изначально выступали против политики «умеренных» в лице Роухани и министра иностранных дел Джавада Зарифа, которые пошли на сближение с Западом и подписали СВПД. Консерваторы пытаются объяснить кризис в стране следствием американских санкций, которым Зариф и Роухани в итоге не смогли противостоять.

После начала массовых антиправительственных выступлений в декабре прошлого года правительству Ирана не удалось решить ни одну экономическую проблему, которая волнует народ. В результате в стране прошли одна забастовка за другой. Во время последней с протестами выступили учителя, которые выдвигали претензии по поводу их крайне низкой зарплаты.

Однако экономические трудности для иранцев вовсе не являются новым явлением. Они длятся уже 40 лет. Экономика Ирана начала падать сразу после исламской революции 1979 года и некогда быстрорастущая страна с огромным запасом нефтедолларов погрузилась в социально-экономический кризис.

Как пишет турецкий аналитик Селим Целал в своей статье для информационного агентства Anadolu, режим шаха Пехлеви, которого иранцы изначально называли тираном, превратился в Золотой век. Экономические трудности, политический гнёт и общий бесхозяйственный подход к управлению страной за последние 40 лет представили эпоху Пехлеви как Золотой век для большинства иранцев, даже для тех, кто родился после революции 1979 года.

Экономический фактор играет важную роль в продолжающемся народном протесте в Иране. Однако есть и политический аспект иранской проблемы. За последние несколько лет легитимность иранского режима подвергалась сомнению и в таких условиях исламскому режиму остаётся лишь выживать. В такой ситуации страна, используя свои ресурсы, просто пытается удержаться на плаву.

Но под давлением консерваторов правительство Ирана совершает одну стратегическую ошибку за другой. Тегеран не присоединился к FAFT — к Целевой группе по финансовым мероприятиям, которая оказала бы положительное влияние на банковский сектор Ирана. Но исламский режим сопротивляется этому, поскольку данное соглашение ограничит способность иранского режима финансировать радикальное шиитское движение «Хезболла» в Ливане и повстанцев-хуситов в Йемене, поддержать режим президента Сирии Башара Асада. В течение 40 лет Иран поддерживал эти силы, чтобы потом в трудные времена использовать их в своих политических целях. Сейчас режим не может оставить их в беде, скорее, он должен и дальше помочь им. Тегеран считает, что необходимо использовать неиранских шиитских ополченцев, чтобы защищать себя в случае необходимости.

Однако дальнейшая поддержка этих сил приведёт к полному краху экономики Ирана и народному восстанию. Президент Ирана Хасан Рухани полностью осознает причины экономических проблем. Он знает, что источник практически каждой проблемы кроется в деятельности администрации Верховного лидера Ирана аятоллы Али Хаменеи. В большинстве случаев растраты и коррупция связаны именно с администрацией Верховного лидера. Тем не менее, Рухани избегает открытой конфронтации с Верховным лидером.

Между тем образ Верховного лидера аятоллы Али Хаменеи при каждом народном восстании становится главной мишенью протестующих. Он мог бы рекомендовать ряд структурных изменений, но он упустил эти возможности из-за своего упрямства. Это было очень заметно во время недавней парламентской дискуссии по FAFT.

До сих пор вместо рассмотрения истинных жалоб протестующих людей общая стратегия иранских лидеров заключается в том, чтобы ввести общество в заблуждение, заявив о «сирианизации» страны. Хотя именно сам режим несёт ответственность за «сирианизацию» Ирана. Когда иранские лидеры используют термин «сирианизация», они используют это как угрозу, а не как прогноз, хотя многие могут ошибочно воспринимать это именно как прогноз и предположить, что если нынешний режим рухнет, иранцы столкнутся с более сложной ситуацией, как сирийцы. Но исламский режим заставляет иранцев предполагать, что он не оставит Иран другим, скорее, так же, как Башар Асад, уничтожит его. Поэтому иранцам, якобы, лучше продолжать идти с исламским режимом любой ценой. Всё это говорит о том, что на грани краха находится не только экономика, но также и политический режим Ирана.

Мехман Гафарлы, журналист-аналитик, политолог, специально для azunion.org